Ты  - Кэролайн Кепнес

Я облажался. На следующий день после вечеринки оставил тебе голосовое сообщение: пригласил в кино. Гребаный дилетант! Ответ пришел через два часа:

«Уже ходила на этот фильм. Вчера перебрала. По учебе куча писанины. Скоро увидимся☺».

Но я-то знаю, что кино ты не видела, от похмелья не страдаешь и писать вам ничего не задали. Если, конечно, только под «писаниной» ты не имеешь в виду треп с подружками про Бенджи.

Черт бы его побрал!

Заглядываю в телефон. Прошло уже долгих пятнадцать часов и два дня, как мы не целовались. Ты написала Чане и Линн, что пока «не готова» к отношениям со мной, потому что у тебя «Бенджимания».

Я не могу убить Бенджи, пока ты сама не убьешь его. Поэтому стараюсь держать себя в руках и сохранять спокойствие. Продаю книги, забочусь о «госте», делаю вид, что не замечаю, как он нюхает героин, припрятанный за подкладкой блейзера, и вспоминаю поцелуй. Наш поцелуй.

Вот что ты написала своим подружкам:

«Джо очень пылкий. С ним можно попробовать. Как думаете, девочки, написать Бенджи?»

Твое «можно» обидело меня больше, чем упоминание бывшего. Когда мы целовались, ты не сомневалась. И потом в такси гладила мои волосы и говорила, какие они красивые. Ты обнимала меня, Бек. Причем не в пьяном угаре – ты не Бетси.

Да, я «пылкий», но постараюсь действовать спокойно. О решительном успехе можно будет говорить, лишь когда ты удостоишься чести познать мой член.

Пока же меня будит твой твит:

«И грянул день, когда уже больше нельзя откладывать поездку в “Икею”». #прокрастинация #сломанная_кровать».

Прочитав это, я не удержался и пнул одну из своих пишущих машинок. Как? Как ты могла запостить тэг #сломанная_кровать, зная, что он попадет мне на глаза? Специально издеваешься?

Чана отреагировала моментально:

«Сломанная кровать? Что за новости?»

Ты:

«Не сломанная, а старая и дико скрипучая. Просто хотела привлечь внимание. Может, ты составишь мне компанию. Обед с меня».

Чана замолкает. Ты пишешь нескольким парням с сайта объявлений, но они требуют денег. И только тогда – в последнюю очередь – ты обращаешься ко мне.

«Любишь “Икею”?»

Конечно, нет. Но пишу:

«Обожаю. Каждый день туда езжу. А что?»

Поездка за мебелью – не бог весть какая романтика, к тому же посреди бела дня. Но я-то знаю, почему ты выбрала такой формат: боишься не сдержаться.

Ты:

«Прокатимся с ветерком? А потом я накормлю тебя фрикадельками».

Трудно придумать более несексуальное вознаграждение, чем фрикадельки, и более неблагодарное занятие, чем покупка мебели, однако в такси после вечеринки ты жалась ко мне и шептала «ты мне нравишься», и плевать, что ты там врешь своим подружкам в «Твиттере».

Поэтому я ответил:

«Фрикаделек не надо, а прокатиться можно».

В общем, сегодня мы едем с тобой в «Икею», где секса у нас точно не будет. Конечно, я знаю все эти бабские штучки типа не спать с парнями раньше третьего свидания. Но главное препятствие между нами – все же не правила приличия, а Бенджи. Сразу после меня ты написала Чане и Линн с просьбой заглянуть к нему в «Твиттер»:

«Жутко, да? Волнуюсь за него».

Вместо того чтобы окончательно в нем разочароваться, ты беспокоишься и переживаешь. А вот подружки (умнички!) все делают правильно.

Линн: «Бек, смирись, он тебя бросил. Со всеми бывает».

Чана: «Уверена, он сейчас где-нибудь на яхте свистит своей шлюхе-художнице о том, как беспокоится о тебе – мол, не дай бог, ты что-нибудь с собой сделаешь… Уймись, Бек, а то я начинаю думать, что Пич права. Отпусти его».

Говорят они все верно, но откуда им знать про твое большое сердце? Это я виноват, что ты беспокоишься, – теперь буду внимательнее вести «Твиттер». Пора уже разорвать вашу болезненную связь с Бенджи. К тому же, пока твоя голова занята им, я не смогу войти в твое сердце. И не только в сердце…

Знаешь, Бек, я тоже не чудовище, поэтому иду и покупаю принцессе Бенджи веганское буррито, соевый латте, суррогатный пломбир и свежий выпуск «Нью-Йорк обсервер». Он радуется, благодарит, набрасывается на еду как зверь и оплакивает безвременно усопшего Лу Рида.